https://penzavzglyad.ru/what_to_do/180068/osporit-sdelku-dolzhnika-mozhno-tolko-v-otnoshenii-imuschestva-vklyuchennogo-v-konkursnuyu-massu
Через три дня после признания должницы банкротом она, её муж и сын заняли под залог квартиры, каждому из которых принадлежало 1/3 доли, 1,3 млн. руб.
Финансовый управляющий обратился с заявлением об оспаривании данной сделки, ссылаясь на запрет распоряжения имуществом без его согласия.
Три инстанции частично поддержали финансового управляющего и признали сделку недействительной только в отношении доли банкрота, указав, что поскольку, пока не установлено иное, все имущество должника составляет конкурсную массу, передача должником в залог спорной квартиры (в части приходящейся на должника 1/3 в праве общей долевой собственности) без согласия финансового управляющего не соответствует закону. При этом довод залогодержателя о том, что спорная квартира, как единственное пригодное для проживания должника и членов его семьи жилое помещение, не входит в конкурсную массу, суд округа отклонил как не подтвержденное ссылками на судебные акты об исключении этого имущества из конкурсной массы.
Вместе с тем Верховный суд при рассмотрении кассационной жалобы залогодержателя судебные акты нижестоящих судов отменил (определение ВС РФ № 305-ЭС24-18797 от 11.03.2025 по делу №А41-78725/2023), указав, что при отсутствии разногласий вопрос об исключении из конкурсной массы имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством решается финансовым управляющим самостоятельно во внесудебном порядке.
Все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично, а сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны.
Таким образом, вопреки выводу суда округа, финансовый управляющий управомочен самостоятельно разрешать вопрос об исключении из конкурсной массы принадлежащего должнику жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания должника и совместно проживающих с ним членов его семьи. Вмешательство суда в определение правового положения такого помещения в деле о банкротстве допускается только при наличии разногласий между финансовым управляющим, должником и лицами, участвующими в деле о банкротстве, относительно этого помещения.
Поскольку квартира, в которой должнику принадлежит 1/3 доля в праве общей долевой собственности, являясь единственным жилым помещением для должника, не подлежит включению в конкурсную массу, у финансового управляющего отсутствовало право распоряжения спорной квартирой, а сделка, совершенная гражданином в отношении этого имущества лично (без участия финансового управляющего), не отвечает установленным названной нормой признакам ничтожной сделки. Следовательно, заявление финансового управляющего не подлежало удовлетворению.
Через три дня после признания должницы банкротом она, её муж и сын заняли под залог квартиры, каждому из которых принадлежало 1/3 доли, 1,3 млн. руб.
Финансовый управляющий обратился с заявлением об оспаривании данной сделки, ссылаясь на запрет распоряжения имуществом без его согласия.
Три инстанции частично поддержали финансового управляющего и признали сделку недействительной только в отношении доли банкрота, указав, что поскольку, пока не установлено иное, все имущество должника составляет конкурсную массу, передача должником в залог спорной квартиры (в части приходящейся на должника 1/3 в праве общей долевой собственности) без согласия финансового управляющего не соответствует закону. При этом довод залогодержателя о том, что спорная квартира, как единственное пригодное для проживания должника и членов его семьи жилое помещение, не входит в конкурсную массу, суд округа отклонил как не подтвержденное ссылками на судебные акты об исключении этого имущества из конкурсной массы.
Вместе с тем Верховный суд при рассмотрении кассационной жалобы залогодержателя судебные акты нижестоящих судов отменил (определение ВС РФ № 305-ЭС24-18797 от 11.03.2025 по делу №А41-78725/2023), указав, что при отсутствии разногласий вопрос об исключении из конкурсной массы имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством решается финансовым управляющим самостоятельно во внесудебном порядке.
Все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично, а сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны.
Таким образом, вопреки выводу суда округа, финансовый управляющий управомочен самостоятельно разрешать вопрос об исключении из конкурсной массы принадлежащего должнику жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания должника и совместно проживающих с ним членов его семьи. Вмешательство суда в определение правового положения такого помещения в деле о банкротстве допускается только при наличии разногласий между финансовым управляющим, должником и лицами, участвующими в деле о банкротстве, относительно этого помещения.
Поскольку квартира, в которой должнику принадлежит 1/3 доля в праве общей долевой собственности, являясь единственным жилым помещением для должника, не подлежит включению в конкурсную массу, у финансового управляющего отсутствовало право распоряжения спорной квартирой, а сделка, совершенная гражданином в отношении этого имущества лично (без участия финансового управляющего), не отвечает установленным названной нормой признакам ничтожной сделки. Следовательно, заявление финансового управляющего не подлежало удовлетворению.
